Аналитическая записка №15
от 11 августа 2026 года
Дисклеймер
Настоящий материал выражает исключительно моё субъективное мнение, сформированное на основе публично доступных источников информации.
В качестве методологической базы используются положения Концепции общественной безопасности и Достаточно общей теории управления.
Я не располагаю полнотой информации по рассматриваемым событиям и не несу ответственности за возможные фактологические неточности, а также за выводы, сделанные на их основе.
Материал не является профессиональной экспертизой, политической консультацией или призывом к каким-либо действиям.
Рекомендую воспринимать этот текст как приглашение думать самостоятельно и формировать собственную позицию на основе критического анализа информации из разных источников.
Что произошло на прошлой неделе?
Прошлую записку я закончил на том, что за семь дней рухнули все гарантии сразу: военная, союзническая, дипломатическая и территориальная.
И ни одну не сломал противник, так как все обвалились руками тех, кто их держал.
А эта неделя показала, что бывает, когда гарантий и правил не осталось.
Всё, что запускали против нас, начало возвращаться к запустившим.
Что произошло:
4 августа истекли сорок дней Зеленского
Операцию по принуждению России к миру он объявил 25 июня с расчётом выбить нефтепереработку и сжечь склады маркетплейсов, чтобы «мужик с канистрой пошёл на майдан и надавил на Кремль»
С 18 июля по 5 августа атакован двадцать один склад Wildberries, есть погибшие.
Переговоров нет, мужик поехал на работу, объявлена новая уже бессрочная операция.
По их собственным подсчётам Украина за это время потеряла больше
Консалтинговая компания насчитала прямых убытков украинского бизнеса от российских ударов на 57 миллиардов гривен с начала года, темп почти шесть миллиардов в месяц.
Прогноз до ста пятидесяти, останавливается каждая шестая малая фирма.
И формула оттуда же: каждый уничтоженный распределительный центр — это триста магазинов без поставок.
В ночь на 9 августа Одессу выключили
Сорок пять минут массированного удара больше двадцатью баллистическими ракетами и семьдесятью «Геранями»
Поражены Одесская ТЭЦ и семь подстанций, включая ту, что питала портовые предприятия.
Плюс склады горючего и военного имущества в самом порту, перевалочный комплекс, резервуары под городом.
Почти весь город остался без света и воды.
Зеленский подтвердил серьёзный урон порту и энергетике.
8 августа Турция начала душить собственные проливы
Анкара стала тормозить и приостанавливать разрешения на проход через Дарданеллы для судов, идущих в Новороссийск и украинские порты.
Причина — атаки дронов на торговое судоходство.
Тем же вечером глава турецкого МИДа объявил, что Турция предложила Москве и Киеву мораторий на удары в Чёрном море.
Через двое суток транзит возобновили — первым в Дарданеллы вошёл танкер на Новороссийск.
По Нижнекамску прилетело
Пострадали 78 человек, двадцать пять из них госпитализированы.
Бессрочная операция началась ровно там же, где закончилась сорокадневная.
10 августа Верховный суд снял «Яблоко» с выборов в Госдуму
По иску другой партии, «Родины». Прокурор и ЦИК истца поддержали.
Основания — нарушение авторских прав, экстремистские лозунги и финансирование.
В числе претензий по авторским правам: фотография взрыва в Хиросиме, строчка из советской детской песни и картинки, сделанные нейросетью.
Первый случай в современной истории России, когда зарегистрированную партию убирают из бюллетеня за месяц до голосования, при том что список зарегистрировали 29 июля, а пятого августа жеребьёвка поставила его второй строкой.
Опять разные новости из разных сфер, но связь на этот раз простая до неприличия.
Всё, что запускали, возвращается к запустившим.
Били по нашей нефтепереработке, талоны на топливо ввели у себя.
Жгли наши склады, остались без поставок собственные магазины.
Атаковали наши суда, получили заблокированные порты, а следом подавилась и Турция, которая на этом судоходстве зарабатывала.
Выпустили из бутылки джина дешёвых морских дронов, и теперь безопасного судоходства нет ни для кого.
И то же самое внутри страны, только по своим.
Запретили Telegram под предлогом вербовки подростков, а из сорока шести завербованных через Telegram прошёл ровно один.
Сняли партию с выборов, чтобы не мешала, и попали не по партии, а по собственным выборам.
Формула одна и работает в обе стороны: бьёшь по чужому — прилетает по своему.
Разберу всё по порядку, но сначала я должен вернуться к прошлой записке и поправить сам себя, потому что про пятую статью НАТО я написал неточно.
Пятая статья
Прежде чем идти дальше, поправлю себя.
В прошлой записке я разбирал воронку в польском поле и написал, что пятая статья НАТО не сработала, а гарантия оказалась бумажной.
Формулировка неточная, потому что пятая статья никогда и не была гарантией.
Что там написано на самом деле?
Пятая статья обязывает участников рассмотреть вопрос о своём участии.
Вдумайтесь в разницу.
Одна страна рассмотрела и решила прислать спальные мешки, вторая рассмотрела и добавила каски, а третья расщедрилась на ракеты.
И все три формально её выполнили, придраться не к чему.
За всю историю блока эта статья сработала так, как её понимают обыватели, ровно один раз по Афганистану.
Когда Соединённым Штатам не хватало собственных сил на оккупацию, подписали всех, даже прибалтов, потому что нужно было пушечное мясо, а своего не хватало.
А вот обратный пример, когда Турция сбила российский самолёт и потребовала применить пятую статью, ей ответили примерно так: «Конечно, без проблем! Сухпайки вышлем, можем ещё сухофруктов добавить»
Эрдоган побегал, отчитался перед теми, кто ему это поручил, и на том всё кончилось.
Разница между Афганистаном и Турцией в том, кому это было нужно.
Как устроен блок на самом деле?
НАТО создавалось не для того, чтобы кого-то защищать.
Оно создавалось так, чтобы никто внутри не мог противодействовать управлению из Вашингтона.
У Соединённых Штатов есть механизм принуждения союзников через дипломатию, экономику и доступ к технологиям.
У остальных участников такого механизма нет и быть не может.
Поэтому пятая статья работает в одну сторону, когда мясо нужно американцам, она включается на всю мощность.
Когда защита нужна кому-то из младших, включается на сухофрукты.
Польша это только что проверила на себе.
Воронка десять метров, ракета, которую сама Польша называет российской, и премьер объясняет, что виновата недостаточно вооружённая Украина.
Что они записали сами?
В январе этого года вышла новая Стратегия национальной обороны США.
В ней Россия переведена в разряд устойчивой, но управляемой угрозы для восточных членов блока, то есть понижена как фактор американского военного планирования.
Отдельно записано, что европейское НАТО многократно превосходит Россию по экономике, населению и потенциалу.
А дальше вывод, ради которого всё и писалось.
Европа берёт на себя основную ответственность за обычную оборону и за поддержку Украины.
Соединённые Штаты обеспечивают ограниченную поддержку.
И роль Вашингтона переопределена так: не гарант европейской безопасности, а тот, кто следит, чтобы союзники вкладывались как положено.
То есть не защитник, а надзиратель за взносами.
Я неделю назад написал, что гарантия превратилась в платную подписку, и это выглядело как наш образ.
Оказалось, это их официальная доктрина, изданная семь месяцев назад.
Мы просто увидели её в работе на польском поле.
Как под эту статью подныривают?
С августа двадцать четвёртого по февраль двадцать шестого беспилотники летали в воздушном пространстве дюжины стран НАТО и Ирландии.
Закрывались крупные аэропорты, срывались военные операции, машины залетали на периметры самых чувствительных объектов, включая площадки ядерного базирования и французскую базу подводных лодок с баллистическими ракетами.
И вывод их собственного разбора: всё это шло практически безнаказанно, потому что европейская противовоздушная оборона не строилась под дешёвые дроны и отрицаемые вторжения.
То есть под вторжения, которые идут ниже порога пятой статьи.
Вот и всё, что нужно знать про гарантию.
Она порог, под который просто годами и десятками случаев подныривают.
Кстати, кто именно летал, они честно не знают.
Формулировка их разбора: «Весьма вероятно, что Кремль»
То есть без доказательств, как с тем беспилотником в аэропорту Лейпцига рядом с украинским бортом, гружённым боеприпасами: сначала назвали российским, а балалайку с шапкой-ушанкой рядом положить забыли.
Зачем Зеленский летал в Польшу?
После падения ракеты Зеленский полетел в Варшаву к Туску активировать пятую статью, то есть втянуть весь блок в войну против России.
Полетел, потому что получил от кого-то заверение, что Трампа дожали и сопротивляться он больше не может.
Не вышло, потому что Трамп сопротивляется, статья не активировалась, а Польша осталась с воронкой и поиском виноватых на стороне.
40 дней
Двадцать пятого июня Зеленский объявил операцию по принуждению России к миру.
Срок — 40 дней, 4 августа он истёк.
Разберём, что было задумано, что вышло и чем за это заплатили.
Замысел
План был по нашему тылу, и логика в нём читалась насквозь.
Первое — выбить нефтепереработку
Но не ради армии, потому что она заправляется не на городских колонках.
А ради очереди на заправке, талонов и злого мужика с канистрой.
А через этого мужика организовать давление на Кремль.
Второе — выжечь склады маркетплейсов
Пустые полки, сорванные заказы и ощущение, что «жызн — боль» и рассыпается.
Дальше по замыслу человек должен был устать, обозлиться и потребовать закончить войну на любых условиях.
То есть сделать за противника ту работу, которую его армия сделать не может.
Удар был настоящий
Удар был серьёзный, даже не по нашим оценкам, а по их собственным.
В июле Wall Street Journal и Financial Times, ссылаясь на экономистов, писали, что украинская кампания глубоких ударов вывела из строя от двадцати до сорока процентов российских нефтеперерабатывающих мощностей.
Тридцатого июля Financial Times уточнила: «Более тридцати процентов реальных мощностей»
И назвала это худшим топливным кризисом со времён распада Советского Союза.
Выпуск бензина падал на четверть при летней потребности, которая выше зимней из-за полевых работ.
С восемнадцатого июля по пятое августа атакован двадцать один склад Wildberries.
Так что списывать на ерунду нечего, потому что по ним прошли всерьёз.
Почему не сработало?
Переговоров нет, условия России не изменились ни на запятую, а Кремль публично держит ту же линию: «Цели будут достигнуты»
Военкор Александр Коц подвёл итог одной фразой, лучше которой не скажешь: «Мужик с канистрой на майдан не пошёл, мужик поехал на работу»
Вот в этом и просчёт, и он методологический.
Планировали воздействие на объект, свойств которого не понимают.
Они считали, что русский человек ведёт себя как потребитель: сделай ему плохо, и он пойдёт требовать, чтобы стало хорошо.
Так работает там, где государство воспринимают как сервис: «Сервис плох, меняем поставщика»
А здесь очередь на заправке ругает правительство, и едет работать.
Сгоревший склад вызывает ярость, но ярость на того, кто поджёг, а не на своих.
Задача изначально лежала вне области достижимого.
Не плохо исполнили, а цель была недостижима в принципе, потому что строилась на неверном представлении о том, чем является объект.
Такие задачи не решаются ни за сорок дней, ни за четыреста.
И заметьте, как это признали.
Офис президента Украины после истечения срока объяснил: «Не цепляйтесь за эти цифры — сорок, пятьдесят, сто дней, главное результат»
То есть срок был назначен для картинки, а не для дела.
Прогноз без даты не ошибается никогда, и ровно за этим его так и пишут.
Чем заплатили?
Теперь про бумеранг.
Считать его будем не по нашим сводкам, а по украинским.
Консалтинговая компания Advanter Group подсчитала прямые убытки украинского бизнеса от российских ударов с января по август — пятьдесят семь миллиардов гривен.
Темп — почти шесть миллиардов в месяц.
Прогноз на год вперёд — от семидесяти до полутораста миллиардов.
Останавливается каждая шестая малая фирма, производства выносят за границу.
И формула оттуда же, которую стоит запомнить: «Каждый уничтоженный распределительный центр — это триста магазинов без поставок»
Они это писали про себя.
Дальше энергетика.
Украина потеряла порядка семидесяти процентов генерирующих мощностей — с тридцати трёх гигаватт на начало вторжения до примерно четырнадцати.
Девяносто процентов тепловой генерации уничтожено.
Когда электричество давали по три-четыре часа в сутки, из Киева уехало около шестисот тысяч человек.
Сравните две картины.
У нас — очереди на заправках и талоны, неприятно и обидно.
У них — минус семьдесят процентов генерации, минус шестьсот тысяч человек из столицы и остановка каждой шестой фирмы.
Били по нашему тылу, свой развалили быстрее.
Контраргумент
Теперь то, что вы встретите в другом месте, и лучше узнать это здесь.
The Economist четвёртого августа посчитал: «За тридцать дней российская армия продвинулась на тринадцать квадратных миль»
Мол, вот вам хвалёное наступление — тринадцать миль за месяц.
Цифра, скорее всего, честная.
Только меряет она не то.
Эта война давно перестала быть войной за квадратные мили.
Она стала войной по логистике, энергетике и экономике.
Порт, лишённый электричества, стоит больше десяти захваченных деревень.
Закрытая морская дверь стоит больше сотни.
Двадцать один сожжённый склад у нас и семьдесят процентов потерянной генерации у них — линейка, по которой теперь считают результат.
И к вопросу о том, что нам четыре года объясняли.
Их же аналитики на этой неделе посчитали: «Россия теряет от пяти до восьми тысяч человек в неделю и набирает примерно столько же»
То есть тезис «русские теряют больше, чем могут набрать», которым нас кормили с двадцать четвёртого года, снят их собственными подсчётами.
Что дальше?
Операция объявлена заново без даты, чтобы не подводить итоги.
И она продолжается ровно там же, где кончилась.
По Нижнекамску прилетело так, что пострадали семьдесят восемь человек, двадцать пять из них попали в больницу.
Но одна деталь всё же изменилась, и она показательная.
Третьего августа советник Зеленского публично заявил, что Украина согласна на взаимное прекращение ударов.
Сорок дней назад они собирались нас принудить, а теперь предлагают взаимно перестать.
Это и есть итог операции.
Я это уже разбирал: «Паузу просит тот, кто проигрывает по темпу»
Одессу выключают рубильником
Пока в Киеве предлагали взаимно перестать, в Одессе гас свет.
Что произошло в ночь на девятое?
Больше двадцати баллистических ракет и около семидесяти «Гераней» 45 минут несколькими сериями подряд бомбили Одессу.
Работали высокоточным оружием воздушного и наземного базирования.
Что поражено?
Одесская теплоэлектроцентраль.
Семь электроподстанций, среди них подстанция на триста тридцать киловольт «Усатово», которая питала промышленность и портовые предприятия.
После удара там начался сильный пожар, объект выведен из строя.
В самом порту — склады горюче-смазочных материалов и военного имущества, портовый перевалочный комплекс.
В Черноморске — военные склады.
В Белярах и Новых Белярах — резервуары с горючим для украинской армии.
Взрывы в районе Маяков, где стоит важный мост.
Досталось и Павлограду в Днепропетровской области, там тоже энергетика.
Результат по сообщениям с той стороны: «Почти весь город без света и воды»
Зеленский подтвердил, что порт получил значительный ущерб, а в Одессе идут работы по восстановлению электроснабжения.
Почему бьют по проводам, а не по причалам?
Порт Одессы огромен.
Разбомбить его целиком нельзя, потому что не хватит никаких ракет.
Причалы, краны, километры складов, из которых далеко не все просматриваются.
Что там лежит, знают только те, кому положено.
Значит, задача не уничтожить порт, а остановить его, потому что порт без электричества не работает.
Краны, конвейеры, насосы, освещение и холодильники стоят.
На аккумуляторах и дизель-генераторах можно поддерживать дежурный режим, но не переваливать грузы в объёмах, которыми снабжают фронт.
Отсюда и выбор целей.
Теплоэлектроцентраль, семь подстанций, и отдельно та, которая питала именно портовые предприятия.
Рубильник, а не молоток.
Заметим, что бьют одновременно по двум контурам: по энергетике, которая порт питает, и по резервуарам с горючим, которое через порт заходит.
То есть отключают и ток, и топливо.
Это не навсегда
Не буду делать вид, что вопрос закрыт.
Советская инфраструктура строилась с расчётом на ядерную войну.
Дублирование, запас прочности и ремонтопригодность.
Уничтожить такие объекты раз и навсегда одним ударом невозможно, потому что их чинят, подстанцию восстановят, а ТЭЦ запустят.
Вопрос только в сроках.
Каждые сутки простоя — это вооружение и боеприпасы, которые не уехали со складов на фронт.
Каждая неделя ремонта — это грузы, которые не разгрузили и не приняли.
Работа идёт не на уничтожение объекта, а на отъём времени.
А времени у них и так нет.
Что это меняет?
Одесса — это последние морские ворота Украины, через которые заходило всё: оружие, топливо, комплектующие, и через которые уходило зерно, на котором держался экспорт.
Ворота были заперты снаружи, а теперь в помещении выключили свет.
Турция давится собственными проливами
Есть в этой войне участница, которая в ней вроде бы не участвует, а зарабатывает на ней больше многих.
И на этой неделе она первой поперхнулась тем, что происходит в Чёрном море.
Что произошло?
Восьмого августа Анкара начала тормозить проход торговых судов через Дарданеллы.
Не всех, а только тех, что идут в Новороссийск и в украинские порты.
Разрешения либо не выдавали вовсе, либо затягивали рассмотрение заявок.
Официально причин не называли, запросы переадресовывали в министерство транспорта.
Но фактическая причина известна — участившиеся атаки дронов на торговое судоходство.
Незадолго до этого силы нашего флота эвакуировали моряков с атакованного судна в Новороссийск.
Тем же вечером глава турецкого МИДа Хакан Фидан объявил главное.
Турция направила Москве и Киеву предложение — мораторий на военные действия в Чёрном море.
Совет национальной безопасности Турции высказался за снижение напряжённости.
А десятого числа транзит возобновили.
Первым в Дарданеллы вошёл танкер, который направился на терминал Каспийского консорциума в Новороссийске.
Следом разрешение получил контейнеровоз.
Чем это было для самой Турции?
Через Босфор в прошлом году прошло больше сорока тысяч судов.
Это один из самых загруженных морских путей мира, и Турция берёт за проводку деньги, хотя бы за лоцманские услуги.
Плюс сама ведёт активную торговлю через Чёрное море.
То есть она добровольно перекрыла кран, из которого пьёт сама, потому что стало слишком опасно.
Честно оговорюсь, что полной блокады не было.
Тормозили выборочно и на двое суток.
Но сам факт, что страна, десятилетиями оберегавшая режим проливов как источник дохода и влияния, начала его сама душить, это событие.
Что означает предложение о моратории?
Турция обратилась к обеим сторонам.
Не «Россия, прекрати!», а «Прекратите оба, договоритесь между собой!»
Это показание.
Страна НАТО, четыре года балансировавшая между всеми, официально признаёт, что происходящее в Чёрном море её задевает настолько, что она вынуждена просить обе стороны остановиться.
Не давить на одну через блок или подключать союзников, а просить.
Значит, рычаг в Чёрном море теперь такой, что заставляет договариваться третьи страны.
Я разбирал в записке двумя выпусками ранее, как Россия закрывала Украине морскую дверь, и как взвыли турецкие перевозчики и лондонские страховщики.
Тогда это была реакция бизнеса, а теперь реагирует государство на уровне министра иностранных дел и Совета безопасности.
Бумеранг для Анкары
Турция все годы играла на две стороны, и играла умно.
Проливы закрыла для военных кораблей, то есть формально нейтралитет.
При этом продавала Украине «Байрактары», строила там завод, а параллельно наращивала торговлю с Россией и зарабатывала на транзите в обе стороны.
Позиция удобная ровно до тех пор, пока в море безопасно.
Как только по судам начали бить, а бить начали не мы первые, выяснилось, что нейтралитет не защищает от последствий войны, которую ты обслуживаешь.
Кстати, на той же неделе прошло сообщение, что Украине передали ракеты ATACMS из Турции.
Так что вопрос о том, насколько эта позиция нейтральна, стоит держать открытым.
Итог: страна, зарабатывавшая на войне с двух концов, вынуждена душить собственный источник дохода и просить обе стороны о перемирии.
Потому что война, которую обслуживаешь, рано или поздно приходит на твой порог.
Почему возобновили через двое суток?
Транзит открыли обратно быстро и первым пропустили танкер на терминал Каспийского консорциума, по которому дважды били дроны в конце июля, где нефть принадлежит американским компаниям и который я разбирал в прошлой записке.
То есть постояли двое суток и открыли в первую очередь для нефти, за которой стоят крупные международные интересы.
Позиция понятная: попугать попугали, но перекрывать всерьёз никто не даст.
Это тоже показание.
Возможности Анкары действовать самостоятельно ровно такие: двое суток бюрократической заминки и предложение, которое обе стороны вольны не заметить.
Джин, которого выпустили из бутылки
Быстро вспомним, как «открывали бутылку»
Сначала атаковали наши танкеры в море, потом газовоз, а затем Европа официально разрешила своим странам задерживать суда так называемого теневого флота, перевозящие российские углеводороды.
И не просто задерживать, а конфисковывать груз и продавать его, а деньги владельцу не возвращать.
Здесь юридическая суть всей истории.
В международном морском праве нет термина «теневой флот», то есть не существует.
Зато есть чёткие статьи о том, что можно и чего нельзя.
И отнимать груз, не возмещая стоимость владельцу, нельзя.
Это и называется одним коротким словом— пиратство.
Столетиями крупнейшие морские державы боролись ровно за то, чтобы этого не было.
Строили международное морское право, чтобы можно было плавать беспрепятственно, соблюдая правила.
Ради этого гоняли настоящих пиратов, ради этого заключали конвенции.
И вот это право хоронят одним решением, ради того чтобы отобрать чужую нефть.
Что вернулось?
В египетском порту дрон поджёг плавучее хранилище американского сжиженного газа.
Пламя перекинулось на соседнее судно, которое превращает сжиженный газ обратно в обычный.
Чей был дрон, не объявили.
Версии ходят разные, от израильской до хуситской, но это уже не имеет значения.
Дешёвые морские и воздушные беспилотники теперь могут терроризировать морскую и речную торговлю где угодно.
Их некому предъявить, их происхождение не доказать, а стоят они копейки против того, что жгут.
Свобода судоходства, которую строили веками, может просто перестать существовать.
[не для России, а для всех]
Не надо было разрешать бить по нашим танкерам.
Запад сам выпустил джина из бутылки.
Признание Европы
С августа двадцать четвёртого года по февраль двадцать шестого беспилотники летали в воздушном пространстве дюжины стран НАТО и Ирландии.
Закрывались крупные аэропорты, срывались военные операции, аппараты залетали на периметры самых чувствительных объектов, включая площадки ядерного базирования и французскую базу подводных лодок с баллистическими ракетами.
Их собственный вывод, что всё это шло практически безнаказанно, потому что европейская противовоздушная оборона строилась под самолёты и ракеты, а не под дешёвые дроны и отрицаемые вторжения, то есть под то, что идёт ниже порога пятой статьи.
Вот практическое подтверждение, что под этот порог полтора года подныривают, и все делают вид, что справляются.
Вторая серия уже готовится
В украинских медиа пошла тема: «Россияне используют против Украины отремонтированные украинские беспилотники»
Зачем такое запускать?
Если завтра украинский дрон прилетит куда-нибудь в Европу, версия уже лежит наготове: «Это не украинский, это русские подобрали и починили!»
Вина расписана заранее до события.
А зачем это нужно?
Украине катастрофически не хватает денег: Международный валютный фонд заставил Киев признать потребность в шестидесяти пяти миллиардах долларов до двадцать седьмого года, что почти вдвое больше того, что называли сами.
Европейский заём буксует, а американский поток просел.
Чтобы Европа раскошелилась не на пару миллиардов, а по-настоящему, ей нужен свой собственный испуг, прилетевший на её землю.
Не утверждаю, что это произойдёт.
Утверждаю, что почву под это готовят, и подготовку видно невооружённым глазом.
Цена снятия Яблока
Верховный суд снял партию «Яблоко» с выборов в Государственную думу.
Иск подала не прокуратура и не Минюст, а партия «Родина»
То есть конкурент по тому же бюллетеню.
Прокурор и представитель Центризбиркома позицию истца в суде поддержали.
Здесь важна хронология.
Двадцать девятого июля Центризбирком зарегистрировал федеральный список «Яблока», решение было принято единогласно.
Пятого августа жеребьёвка поставила партию второй строкой из одиннадцати.
Десятого августа Центризбирком утвердил текст бюллетеня, где «Яблоко» на второй строке, и в тот же день Верховный суд его оттуда убрал.
Глава Центризбиркома успела оговориться, что бюллетень пока печатать не надо, возможны корректировки.
Это первый случай в современной истории России, когда зарегистрированную партию убирают из бюллетеня за месяц до голосования.
На каких основаниях?
Оснований назвали три:
- Нарушение авторских прав.
- Нарушение законодательства о противодействии экстремизму.
- Нарушения по финансированию.
Начнём с авторских прав, потому что тут даже комментировать неловко.
В нарушении авторских прав партии вменили, помимо прочего, публикацию фотографии ядерного взрыва в Хиросиме сорок пятого года.
При этом представители истца прямо заявили, что не знают, кто автор снимка.
То есть предъявляют нарушение прав автора, которого сами назвать не могут.
Дальше использование слов из названия советской детской антивоенной песни про солнце, которую в нашей стране знает каждый.
И третье — картинки, сделанные нейросетью.
Проверяется это всё, как и в случае с Дуровым, за десять минут, и держится ровно столько же.
По финансированию картина сложнее, и здесь надо быть честными.
Центризбирком сослался на данные Росфинмониторинга: в июле–августе в федеральном списке были лица, получавшие средства из США, Германии, Эмиратов и ряда других стран.
Партия объясняет это двумя вещами: пожертвованиями от граждан России, которые сами получили эти деньги из-за границы, и требованием закона, по которому кандидаты обязаны продать иностранные ценные бумаги перед выборами.
Кто здесь прав, должен разбираться суд по существу, а не я с вами.
Но обратите внимание на композицию.
Если бы дело было в иностранном финансировании, этого хватило бы одного.
Зачем к нему пристёгивать фотографию Хиросимы и строчку из детской песни?
Когда к серьёзному обвинению добавляют несерьёзные, это обычно значит, что серьёзного не хватило.
Кому это было нужно?
«Яблоко» — партия, которая последние двадцать лет в Думу не проходит.
Ни одного мандата.
Рейтинг в пределах статистической погрешности.
На этих выборах она никому ничего не ломала и сломать не могла.
Что было бы, если бы её оставили в бюллетене?
Она получила бы свои полтора-два процента, не прошла барьер, и о ней бы забыли до следующего цикла, как забывали пять раз подряд.
Что получилось теперь?
О ней написали все мировые агентства.
Её лидеров показали в прямом эфире.
Её программу (три слова про мир и свободу) процитировали там, где её никто никогда бы не прочитал.
Партию, которую двадцать лет не замечали, за один день сделали событием.
Из непроходной партии сделали символ.
Причём сделали своими руками и совершенно бесплатно для неё.
Прибор, который сломали
Что такое выборы с точки зрения управления?
Это тест на управляемость и срез настроений.
Прибор, который показывает, что реально думает страна: сколько людей за какую платформу, где растёт недовольство, а где поддержка.
Партии в этом смысле удобны именно тем, что дают чистый срез.
Голосуют не за фамилию, а за платформу, и по результату видно, сколько человек эту платформу разделяет.
Это ценнейшая информация для любого, кто управляет страной.
Особенно во время войны, когда цена ошибки — жизни.
Так вот.
Убрав партию из бюллетеня, вы не убрали людей, которые за неё собирались голосовать.
Они никуда не делись и остались ровно в том же количестве, с теми же мыслями, в тех же городах.
Вы просто перестали их видеть.
Прибор показывал полтора процента — неприятно, но понятно и управляемо.
Теперь он не показывает ничего.
А настроение, которое не измеряется, оно не исчезает, а уходит туда, где его не видно и где с ним нельзя работать.
Это разбитый термометр в руках у больного, который решил, что без температуры спокойнее.
Картинка, которая ушла в мир
К зданию Верховного суда пришли люди, в основном молодые.
Очередь желающих попасть на заседание растянулась вдоль здания.
Скандировали три слова: название партии, «Россия!» и «За мир!»
Когда решение объявили — «Позор!»
Туда же подъехали автозаки, территорию патрулировали полиция и ОМОН.
По сообщениям, собравшимся угрожали военкоматом.
Оцените этот кадр глазами того, кто смотрит на нас снаружи.
Молодёжь, скандирующая «Россия!», и автозаки рядом.
Лучшей картинки для западных редакций не придумать при всём желании.
[даже придумывать не пришлось, её выдали готовой]
Один из сорока шести
Неделю назад разбирал, как Павла Дурова объявили террористом.
Тогда я показал, что обоснование рассыпается при проверке: бот работает и во ВКонтакте, и в MAX, зарегистрирован в Роскомнадзоре, а государственное медиа проиллюстрировало материал скриншотом из другой соцсети.
Теперь появилась цифра, которая закрывает вопрос совсем.
Арифметика
Напомню обоснование.
Через бот знакомств украинские спецслужбы вербовали российских подростков.
С июля прошлого года задержаны сорок шесть человек в возрасте от двенадцати до двадцати двух лет в шестнадцати регионах.
Сорок шесть человек при пятнадцати миллионах пользователей этого бота.
Уже здесь плохо бьётся, но главное дальше.
Из этих сорока шести через Telegram завербован один.
Остальные сорок пять через MAX и ВКонтакте, где тот же самый бот работает без всяких помех.
И террористом объявлен владелец площадки, на которой прошёл один случай.
А к тем, на которых прошло сорок пять, вопросов нет вообще.
Что показывает такое соотношение?
Представьте, что в городе три магазина продают спиртное детям.
В первом за год поймали один случай, во втором и третьем — сорок пять.
И городские власти закрывают первый магазин, объявляя его хозяина преступником.
А два других продолжают работать, и лицензии у них выданы этой же администрацией.
Что вы подумаете про такие власти?
Что они борются с продажей спиртного детям?
Вот и здесь то же самое.
Когда меры направлены обратно пропорционально размеру проблемы, дело в том, что нужно закрыть конкретный магазин, а повод подобрали какой нашёлся.
Причём беда, повторю, настоящая.
Детей вербуют по-настоящему, и семьи это горе переживают по-настоящему.
Именно поэтому и обидно, что под настоящую беду подверстали то, что беду не решает.
Двое суток на разворот
Вторая деталь про то, как это решение принималось.
Двадцать седьмого июля публично говорилось, что с Telegram ведётся плодотворная работа и что он, возможно, будет работать в России без ограничений.
Двадцать девятого июля ФСБ объявляет его создателя террористом и подаёт в международный розыск.
Двое суток.
За двое суток позиция не меняется, если это позиция государства.
За двое суток позиция меняется, если решают разные люди с разными интересами и один из них успел первым.
То есть перед нами не государственная линия, а результат борьбы внутри аппарата.
И победила в этой борьбе та сторона, которой Telegram нужно закрыть любой ценой настолько, что она не стала подбирать даже приличный повод.
Куда предлагают перейти?
И третье, что объясняет конструкцию целиком.
RuTube в своё время прямо заявил: конкурентом YouTube он не будет и за пределы России не пойдёт.
MAX и ВКонтакте такой возможности формально не лишены, но и заявлять о ней не спешат.
Получается двойной барьер, и он собирается на наших глазах.
Изнутри душат площадки, через которые русское слово выходит наружу: YouTube замедлен, а Telegram под прессом.
А взамен предлагают то, что наружу не идёт по устройству.
При этом говорят: «Раз ты патриот, пользуйся отечественным!»
Хорошо, пользуюсь.
А как я через отечественное донесу нашу позицию до человека в Германии, Сербии или Казахстане?
Никак.
Вопрос, который остаётся
Есть в этой истории то, что объяснить сложнее всего.
С теми, кто реально ведёт русофобскую и вербовочную работу на других площадках, борьбы не видно.
Каналы живут, боты работают, регистрации в порядке.
А человек, чья площадка удаляет экстремистское по требованию российской прокуратуры, объявлен террористом.
Я не берусь утверждать, чем это объясняется, а кладу рядом два факта и иду дальше.
Счёт за 30 лет удобных
Теперь немного про Европу, потому что с ней на этой неделе произошло то, что не спишешь ни на Россию, ни на Украину.
Что там происходит?
Реки Дунай и Рейн обмелели до исторических минимумов.
Расход воды в Дунае упал до тысячи четырёхсот кубометров в секунду при августовской норме в три тысячи девятьсот.
[это больше, чем втрое]
Речное судоходство почти встало.
Сербия предупредила, что по Дунаю движение может прекратиться полностью.
Дальше будет энергетика, и вот тут интереснее.
Австрийские гидростанции выдают на треть меньше.
Венгрия снизила атомную станцию «Пакш» до десяти процентов мощности, потому что ей не хватает речной воды для охлаждения реакторов.
Румыния впервые в истории остановила энергоблок станции «Чернаводэ» и взорвала сто килограммов взрывчатки, чтобы разрушить скалу в русле Дуная и погнать больше воды к станции.
Румынский премьер прямо предупредил: «Если встанет второй реактор, страну ждёт тотальный блэкаут»
Франция, где пятьдесят семь реакторов дают семьдесят процентов электричества, с середины июля остановила блоки на трёх станциях и понизила мощность ещё на четырёх.
За один июль страна потеряла шесть с лишним гигаватт атомной мощности.
Экономика Германии может недосчитаться до двух миллиардов евро только за третий квартал.
А по расчётам страховщиков, при сохранении темпа самые уязвимые страны за пять лет потеряют от пяти до семи процентов внутреннего продукта.
Франция на двести сорок миллиардов долларов, Италия почти на сто пятьдесят, Германия и Испания на сто тридцать и сто двадцать.
Почему это не про погоду?
Жаркое лето в Европе случалось и раньше.
Реки мелели и в двухтысячных, и в две тысячи восемнадцатом.
Это не первый раз и не сюрприз, потому что климатические тренды обсуждают на каждом саммите двадцать лет подряд, под это выделены триллионы и созданы министерства.
Вопрос в том, что за двадцать лет разговоров о климате не сделано ничего, что помогло бы, когда жарко стало.
Атомные станции, охлаждаемые речной водой, это проект прошлого века.
Что с ними делать при обмелении, известно давно: градирни замкнутого цикла, резервные водохранилища и дублирование.
Ничего этого нет.
Речная логистика — становой хребет немецкой промышленности.
Что делать, когда Рейн мелеет, обсуждали после каждого засушливого года.
Не сделано.
Зато взорвана скала в русле Дуная.
Сто килограммов взрывчатки, чтобы дотянуть один реактор до конца лета.
Вот и весь уровень планирования — не система, а подрыв камня в последний момент.
Природа ничего не читает, она просто предъявляет счёт за качество управления.
Откуда взялись такие управленцы?
Почему управленческий корпус целого континента оказался к этому не готов?
Потому что его тридцать лет набирали по принципу «удобный», а не «дееспособный»
Пока шло противостояние с Советским Союзом, приходилось ставить тех, кто способен решать задачи, иначе не выжить.
Как только противостояние кончилось, критерий сменился.
Наверх стали двигать договороспособных, лояльных и не создающих проблем.
Позволить себе это можно было по одной причине.
Все издержки плохого управления покрывались за счёт России.
Сначала прямым способом в девяностые, когда страну разбирали и вывозили.
Потом мягче через дешёвые энергоносители, сырьё и рынок сбыта.
Немецкое благополучие держалось на нашем газе, который по справедливому балансу цен доставался почти даром.
Пока касса открыта, качество управленцев значения не имеет.
Ошиблись, покрыли из чужого кармана.
Не рассчитали, добрали оттуда же.
Касса закрылась в двадцать втором.
Вот и бумеранг
Выяснилось, что управлять некому.
Не хватает не денег, денег в Европе достаточно.
Не хватает людей, способных увидеть проблему за три года до того, как она станет катастрофой, и что-то с ней сделать.
Отсюда всё разом: и невыстроенное охлаждение станций, и заброшенная речная логистика, и военная промышленность, которая не может произвести боеприпасы даже для себя, и генералы, заказывающие оружие под прошлую войну.
Это один и тот же кадровый провал, вылезший в разных местах.
Тридцать лет отрицательного отбора оплачивались из России.
Россия платить перестала, и счёт предъявили сразу все стихии.
Причём заметьте, что этот бумеранг никто не запускал.
Мы не жгли их леса и не сушили их реки.
Мы просто перестали оплачивать их некомпетентность.
Всё остальное сделала природа, которая не даёт отсрочек.
Что всплыло со дна?
Когда Дунай обмелел, у сербского города Прахово из воды показались немецкие военные корабли.
Их затопили в сорок четвёртом при отступлении.
По оценкам, на дне Дуная таких судов около двухсот, и в некоторых до сих пор лежат боеприпасы.
Вода ушла, и то, что прятали восемьдесят лет, показалось на поверхности вместе с боеприпасами.
Про деньги для Киева
Когда у тебя горят леса, стоят реакторы, встало судоходство и промышленность считает убытки, на чужую войну денег не остаётся.
Международный валютный фонд на этой неделе заставил Киев признать, что до двадцать седьмого года ему нужно шестьдесят пять миллиардов долларов внешнего финансирования.
Сами украинцы называли тридцать восемь, что почти вдвое меньше реальности.
Европейский заём в девяносто миллиардов евро буксует об венгерское вето.
Вот почему Киев на этой неделе просит уже не о принуждении России к миру, а о взаимном прекращении ударов.
Кассир, к которому он ходит, сам стоит в очереди.
P.S. С вами был Роман Евгеньевич, искатель истины и внутренний предиктор Пермского края.
Нет ничего тайного, что не станет явным, ибо по плодам их узнаете их, а имеющий глаза да посчитает 🛸
чтобы быть в курсе всех событий в числе первых